В статье, опубликованной на сайте газеты «China Daily», исполнительный директор кенийского аналитического центра «Диалог Юг-Юг» Стивен Ндегва отметил, что в 2025 году мировая экономика с трудом продвигалась вперед, а структура мировой экономики претерпела глубокие изменения. В этих нестабильных условиях Китай, благодаря своей последовательной политике, ориентированной на открытость и развитие, стал важной стабилизирующей силой для глобальной экономики, став для многих развивающихся странам надежным торговым партнером и предоставляя им возможности для роста.

В статье говорится, что в апреле 2025 года правительство США объявило о введении так называемых «взаимных тарифов» на импортные товары, в результате чего эффективный уровень тарифов в США достиг невиданных за последнее столетие высот. Это ввергло глобальные торговые отношения в самую конфронтационную фазу за последние десятилетия, что привело к ускоренной фрагментации рынков, цепочек поставок и международных институтов. Ключевой вопрос, который стоит перед мировой экономикой, заключается уже не в том, происходит ли фрагментация, а в том, можно ли сохранить стабильность в ее рамках.

В самих США негативные последствия этой протекционистской политики становятся все более очевидными. Высокие тарифы привели к росту производственных затрат для американских производителей и повышению потребительских цен. Компании, зависимые от импортных промежуточных товаров, столкнулись с сокращением маржи и сбоями в циклах планирования. Инвестиционные решения откладывались из-за трудностей с оценкой регуляторных рисков, а финансовые рынки неоднократно реагировали на объявления о введении тарифов волатильностью. Протекционизм не только не смог защитить американскую экономику, но и усложнил управление инфляцией и ослабил доверие, необходимое для экономического роста.

Влияние высоких тарифов США на мировую экономику оказалось еще более глубоким. Объемы торговли сократились, трансграничные инвестиции предприятий стали более осторожными, а цепочки поставок переориентировались с эффективности на минимизацию рисков. Наиболее сильно пострадали развивающиеся экономики, которые для достижения модернизации изначально зависели от интеграции в глобальные сети производства и услуг, и теперь их возможности сократились.

В статье подчеркивается, что по мере усиления фрагментации мировой экономики стабилизирующая роль Китая становится все более важной. В течение последнего года Китай продолжал уделять особое внимание развитию и внешнему сотрудничеству как основным приоритетам своей политики, демонстрируя преемственность и предсказуемость, которые резко контрастирует с нестабильностью в других регионах. Несмотря на снижение мирового спроса, Китай сохранил свою позицию в качестве основного двигателя торговли, инвестиций и промышленной деятельности, обеспечивая надежную поддержку многочисленным партнерам, особенно странам Глобального Юга. 

В статье указывается, что еще более примечательным является позитивное отношение Китая к самой глобализации. В период, когда так называемые дебаты о «декаплинге» и «снижении рисков» были особенно острыми, Китай последовательно заявлял о своей поддержке инклюзивной экономической глобализации и многосторонней торговой системы. Эта позиция нашла отклик у стран Глобального Юга. Продвигая сотрудничество, ориентированное на открытость, взаимосвязанность и развитие, Китай позиционирует себя как защитник более сбалансированного и основанного на широком участии мирового экономического порядка, тем самым предотвращая дальнейший раскол мира.

Кроме того, трансформация собственной экономики Китая еще больше усилила этот положительный эффект. За последний год Китай ускорил переход к росту с высокой добавленной стоимостью, достигнув значительного прогресса в области зеленых технологий, цифровых отраслей и передового производства. Влияние трансформации китайской экономики выходит далеко за пределы Китая. По мере продвижения китайских компаний вверх по цепочке создания добавленной стоимости, они освобождают пространство для развивающихся экономик, позволяя им интегрироваться в соответствующие отрасли, региональные цепочки поставок и нисходящие рынки. Такая трансформация не вытесняет партнеров, а, напротив, углубляет сотрудничество Юг-Юг, укрепляя перспективы совместного роста.

В заключение автор статьи подчеркивает, что, в 2026 году глобальный рост будет зависеть от того, выберут ли крупные экономики конфронтацию или координацию, исключение или инклюзивность. В условиях роста протекционизма Китай, как стабилизирующая сила мировой экономики, продолжит обеспечивать жизнеспособный, совместный и устойчивый глобальный рост.